Yuri Ovsyannikov. FB_Rastrelli. Leningrad. 1982Ю.Овсянников. Франческо Бартоломео Растрелли.
Автор: Юрий Максимилианович Овсянников  (1926—2001) — историк, искусствовед, писатель, редактор.
Художники серии: М.Аникст и С.Бархин.
Ленинград: Издательство «Искусство» Ленинградское отделение. 1982.
Серия «Жизнь в искусстве».
Редактор А.В.Корнилова.
Художественный редактор Я.М.Окунь.
Технический редактор М.С.Стернина.
Корректор Л.Н.Борисова.
ИБ № 1242.
Сдано в набор 01.06.81. Подп. к печати 09.02.82.
Количество страниц. 256 стр., из них 32 л. илл., портрет. Формат издания 60х84 1/16, книжный блок 145х206 мм. Бумага тип. №1, для иллюстр. мелов. Гарнитура обыкновенная новая. Печать высокая. Твердый переплет.
Тираж 75.000.
Издательство «Искусство», Ленинградское отделение, 191186, Ленинград, Невский пр., 28.
Московская типография №5 Союзполиграфпрома при Государственном комитете СССР по делам издательств, полиграфии и книжной торговли. Москва, Мало-Московская, 21.
Цена 1р. 60к.

АННОТАЦИЯ
Книга посвящена одному из наиболее замечательных зодчих, работавших в России в XIX веке. Зимний дворец в Петербурге, Петергофский и Царскосельский дворцы в окрестностях столицы, Смольный монастырь и Андреевский собор в Киеве — жемчужины творчества Растрелли, в которых наиболее ярко раскрылись черты стиля русского барокко.
Новые архивные разыскания и обширный круг мемуарной литературы, использованные автором, позволили воссоздать страницы жизни и творчества зодчего, показать связь его с искусством и событиями эпохи, познакомить читателя с окружением Растрелли.

РОДОСЛОВНАЯ
….19 октября 1715 года был подписан договор между «господином Иваном Лефортом, советником в Париже службы его царского величества Петра Первого, и «господином Растрелли Флоренским, кавалером святого Иоанна Латеранскогом Документ сей утверждает,что «помянутый господин Растрелли обязуется ехать в Санкт-Петербург с сыном своим и учеником своим и работать там в службе его царского величества три года…».
Это первое известное нам письменное упоминание о Растрелли-младшего хотя он даже не назван по имени. Он еще молод. Ему пятнадцать лет, и всем невдомек, что именно этот подросток станет играть важную роль в искусстве столь далекой от Парижа таинственной России.
Для Растрелли-отца подписанный договор — последняя надеж да найти свое место в жизни и добиться успеха. Мол«но только представить, сколько часов и дней тяжелых раздумий пережил он, прежде чем твердой рукой начертал свою подпись под шестнадцатью пунктами соглашения. За этой подписью горечь понимания,что искусство его устарело для королевского Парижа,что прожитые годы ве принесли долгожданной славы и вряд ли здесь, во Франции, он сможет надеяться на лучшее.
Вместе с тем сквозь текст статей договора проглядывает врожденное честолюбие и самоуверенность гордого флорентийца, снизошедшего до соглашения с партнером, уступающим в ««культуре и образованности. Растрелли бойко перечисляет свои многочисленные дарования. обещая даже создавать искусственные мраморы разных цветов и маслины «для театров в опере и комедиях».
Создается впечатление, что, не добившись славы Бернини в Париже, Растрелли-отец мечтает о роли Леонардо да Винчи в Петербурге. Три года спустя, готовя модель памятника Петру I, он, подражая Леонардо, не случайно назовет фигуру коня для монумента «Великим конем».
…В своем двурогом парике, презрительно оттопырив полную нижнюю губу, Растрелли-старший с чувством нового достоинства прощается с парижскими знакомыми. Улыбаясь только уголками рта, он с удовольствием поясняет, как счастливы русские, заполучив именно его, Растрелли; как охотно согласились они уплатить ему жалованье с мая, хотя договор подписав в октябре; какую великую сумму отпустят на его переезд. Он готов ехать хоть завтра, но, увы, приходится ждать: русские эмиссары готовят подарки Петру, которые ему, Растрелли, поручено самолично передать. Эмиссары спешить не желали, а скульптор сгорал от нетерпения. Не дождавшись ящиков с книгами и инструментами для российского царя, он двинулся в путь.
От Парижа до Страсбурга, от Страсбурга до Франкфурта-на-Майне, потом на Берлин. Катится коляска по французским и немецким землям. Проплывают за окном города н селения. Останавливаясь на ночлег, Растрелли исправно заносит в специально заведенную книжицу:
«За провоэ от Франкфурта до Берлина заплачено 594 ливра.
На кушанья издержано от Франкфурта до Берлина 496 ливров 11 копеек».
Торопится Растрелли. Спешит в Петербург. И все же пришлось задержаться в Берлине на месяц. Запасались теплой одеждой для тяжкого зимнего пути.
«В Берлине издержано быти пять недель ради жестокого мороза, что невозможно было ехать — 818 ливров 14 копеек». Аккуратно ведется счет всем расходам.
Позже, уже обосновавтпись в России, художник подаст в первых числах июля 1716 года царю Петру эту бумагу: «Дорожные протори от Парижа до Санктпитербурха за него и за сына ево и за ученика ево»— с просьбой вытплатить за каждый расходованный ливр по полтора гривенника. Не тут-то было. Рачительный Петр, разбрызгивая чернила, начертает на полях: «…а что в Берлине жил лишних 5 недель для своих прихотей и за это ему платить не надлежит.
Платить как… договаривался по гривне за ливр, а не по полтора…»».
Слишком сурово проявил Петр свой характер. Ведь именно в Берлине Растрелли нагнали ящики с подарками — книгами, инструментами и различными курьевитетами. Из-за ящиков приключилась еще одна задержка. На сей раз в Кенигсберге, где, выполняя наказ Ивана Лефорта, поджидал в первой половине февраля 1716 года приезда Петра.
Беседа Растрелли с царем состоялась 16 февраля и длилась час.Петр был первым европейским монархом, удостоившим флорентийского скульптора аудиенции. Впоследствии Растрелли любил при каждом удобном случае припоминать об этой милости.
Несомненно одаренный чувством изящного и пониманием архитектуры, Петр вместе с тем был практичным хозяином,человеком конкретного дела. Высказав флорентийцу свои соображения о желаемом загородном дворце в Стрельне, Петр в тот же день направил депеши Александру Меншикову п Хнову Брюсу, предлагая сразу же по приезде загрузить Растрелли и его спутников работой: «…чтобы они времени даром нс тратили и даром…»

1000