Дневник посла Додда. 1933-1938Дневник посла Додда. 1933-1938.
Подготовлен к печати Уильямом Э.Доддом-младшим и Мартой Додд.
Автор: Додд Уильям Эдвард (1869-1940) — американский историк и дипломат.
Москва: «Издательство социально-экономической литературы». 1961.
Серия «Библиотека внешней политики».
Вступит. статья и комментарии Д.Е.Мельникова и О.М.Некропина
Пер. с англ. В.Н.Мачавариани и В.А.Хинкиси.
Редактор М.Ушомирский.
Младший редактор Л.Процько.
Оформление художника С.Данилова.
Художественыый редактор Н.Илларионова,
Технический редактор Г.Смирнов.
Корректор Г.Ефимова.
Сдано в набор 25 июня 1961 г. Подписано к печати 2 ноября 1961 г..
Количество страниц: 568 стр. Формат бумаги 84х108/32. Твердый переплет, суперобложка.
Тираж 50.000 экз.
Издательство социально-экономической литературы. Москва, В-71, Ленинский проспект, 15.
Типография №5 УПП Ленсовнархоза, Ленинград, Красная ул. 1,3
Цена 1р. 30к.

 

АННОТАЦИЯ
В обширной мемуарной литературе, затрагивающей
 международные отношения в годы, предшествовавшие
 началу второй мировой войны, «Дневник посла Додда»
 занимает особое место. Оно определяется в первую очередь разоблачительной силой «Дневника», тем большей,
 что он вышел из-под пера человека, представлявшего
 в гитлеровской Германии крупнейшую империалистическую державу — Соединенные Штаты Америки. Нарисованная Доддом яркая, хотя и не совсем полная, картина положения в гитлеровском «рейхе», содержащаяся
 в «Дневнике» характеристика важных сторон политики
 как германского, так и английского, французского, американского империализма, портреты нацистских «фюреров» и деятелей гитлеровского режима, а также буржуазных политиков и дипломатов Запада, их многочисленные высказывания, делавшиеся и в официальной
 обстановке, и в частных беседах, фактические данные,
 суждения самого автора, подробности его миссии и
 ее конечный провал — все это представляет несомненный интерес -не только для специалистов-историков
 и международников, но и для широкой общественности.

Четверг, 8 июня 1933 г. В полдень у меня в кабинете в здании Чикагского университета раздался телефонный звонок.
– Говорит Франклин Рузвельт. Не согласились бы вы оказать существенную помощь своему правительству? Я хочу предложить вам пост американского посла в Германии.
Это неожиданное предложение застало меня врасплох, и я ответил Рузвельту, что должен подумать.
– В вашем распоряжении два часа, – сказал Рузвельт. – Сможете ли вы за это время принять решение?
– Пожалуй. Но мне нужно сначала переговорить с руководством университета. А вы тем временем, вероятно, выясните, не будет ли германское правительство возражать против меня из-за моей книги «Вудро Вильсон».
– Я уверен, что нет. Именно эта книга и вся ваша деятельность как человека либеральных взглядов и как ученого заставили меня обратиться к вам. К тому же вы получили образование в немецком университете. Я предлагаю вам трудный пост, который по силам только человеку соответствующего культурного уровня. Я хочу, чтобы немцы видели перед собой пример американского либерала.
В заключение он добавил:
– Я переговорю с германским посольством и выясню их отношение к вашей кандидатуре. Свяжитесь со мной в два часа.
Я позвонил жене и поделился с ней новостью. Затем я заглянул к ректору Хатчинсу, но не застал его. Тогда я пошел к декану Вудворду, который был проректором университета, и он обещал поговорить по телефону с Хатчинсом, находившимся в то время, кажется, где-то поблизости от Лэйк-Джинива (Висконсин).
– Вы должны согласиться, хотя пост вам предлагают нелегкий, – сказал Вудворд. – Университет подыщет кого-нибудь вместо вас на лето и будущую зиму.
Последние его слова объяснялись тем, что по телефону Рузвельт меня предупредил: «Если университет будет настаивать, вы сможете вернуться зимой 1934 года».
После разговора с Вудвордом я поехал домой и за завтраком вместе с женой обсудил предложение Рузвельта. Мы решили, что мне надо попробовать свои силы. В половине третьего я позвонил в Белый дом. Там в это время шло заседание кабинета. Секретарь президента – своего имени он не назвал – передал мой ответ президенту, который тут же известил об этом членов кабинета. Мой друг Дэниэл Роупер рассказал мне впоследствии, что ни один из них не возражал против моей кандидатуры, а Гарольд Икес из Чикаго и Клод Свэнсон из Виргинии горячо ее поддержали.
Официальное назначение состоялось лишь после того, как германский посол в Вашингтоне доктор Ганс Лютер выяснил отношение ко мне своего правительства. Вопрос был решен положительно, и 12 июня сенат единогласно утвердил мою кандидатуру. Доктор Лютер сообщил в Германию, что я получил докторскую степень в Лейпциге, опубликовал свою книгу о Томасе Джефферсоне на немецком языке и хорошо владею этим языком. 13 июня берлинские газеты поместили краткий реферат моей докторской диссертации «Возврат Джефферсона к политической деятельности в 1796 году».
Начиная с 13 июня меня то и дело осаждали репортеры и фотокорреспонденты. Самые различные и подчас довольно нелепые сообщения и снимки стали появляться во всех газетах. Мне никогда и не снилась такая известность. Все друзья, и особенно мои бывшие студенты, с восторгом приняли мое назначение. Ко мне домой и в адрес университета поступило по меньшей мере пятьсот, а может быть даже семьсот писем и телеграмм.

2000