Воспоминания крестьян-толстовцев. 1910-1930-е годы

Воспоминания крестьян-толстовцев. 1910-1930-е годы

Воспоминания крестьян-толстовцев. 1910-1930-е годы.
Репринт издания 1901 года.
Москва: Издательство «Книга». 1989.
Серия «Время и книги».
Редактор Т.В.Громова.
Разработка серийного оформления Г.М.Грозная, Е.А.Родионова, А.Т.Троянкер.
Составитель Арсений Борисович Рогинский.
Примечания Д.И.Зубарева, А.В.Рогинского.
Предисловие М.И.Горбунова-Посадова.
В книге публикуются фотоматериалы из семейных архивов крестьян-толстовцев, их детей и внуков.
Художественный редактор Н.Р.Синева.
Технический редактор А.З.Коган.
Корректор Н.И.Скворцова.
Сдано в набор 04.01.89. Подписано к печати 04.05.89.
Количество страниц 480 с., фотографии. Формат 84х108/32. Бум. тип. № 2. Гарнитура Тип. Таймс. Печать высокая. Переплет твердый.
Тираж 75.000 экз.
Издательство «Книга». 125047, Москва, ул. Горького., 50.
Головное предприятие республиканского производственного объединения «Полиграфкнига». 252057, Киев-57, ул. Довженко, 3.
Цена 2 р. 20 к.

СОДЕРЖАНИЕ.
М.И.Горбунов-Посадов. Вместо предисловия
В.В.Янов. КРАТКИЕ ВОСПОМИНАНИЯ О ПЕРЕЖИТОМ.
Е.Ф.Шершенева. НОВОИЕРУСАЛИМСКАЯ КОММУНА ИМЕНИ Л.Н.ТОЛСТОГО.
Б.В.Мазурин. РАССКАЗ И РАЗДУМЬЯ ОБ ИСТОРИИ ОДНОЙ ТОЛСТОВСКОЙ КОММУНЫ «ЖИЗНЬ И ТРУД».
Б.В.Мазурин. ОДИН ГОД ИЗ ДЕСЯТИ ПОДОБНЫХ. ПИСЬМО ДМИТРИЮ МОРГАЧЕВУ, ДРУГУ ПО НЕСЧАСТЬЮ.
Д.Е.Моргачев. МОЯ ЖИЗНЬ.
И.Я.Драгуновский. Из книги «ОДНА ИЗ МОИХ ЖИЗНЕЙ».
ИЗ БУМАГ ЯКОВА ДЕМЕНТЬЕВИЧА ДРАГУНОВСКОГО.
Фотоматериалы.
Приложение.
М.И.Горбунов-Посадов. ТРИ КОММУНЫ
Беседа группы единомышленников Льва Николаевича Толстого.
УСТАВ КОММУНЫ «ЖИЗНЬ И ТРУД». 1931 ГОД.
Примечания
Об авторах

Вместо предисловия
   Много лет как я чувствую необходимость написать свои воспоминания. О том же говорят мне и многие друзья. Я сын Ивана Ивановича Горбунова-Посадова и Елены Евгеньевны Горбуновой, учеников и друзей Льва Николаевича Толстого, редакторов и руководителей основанного им и просуществовавшего полвека (1885-1935) народного издательства «Посредник». Мое детство и юность прошли в толстовском мире, среди участников толстовского движения в России.

   Толстой и его дело присутствовали в моей жизни всегда. Моя детская кроватка, железная с сеткой, была подарена родителям Львом Николаевичем (это была кроватка его младшего, особенно любимого сына Ванечки, рано умершего. Сейчас она вернулась в московский Музей-усадьбу Толстого). Самые яркие воспоминания моего детства — это Ясная Поляна и Овсянники, усадьба старшей дочери Толстого Татьяны, в восьми километрах от Ясной, где наша семья жила каждое лето и куда Лев Николаевич почти ежедневно приезжал на своем жеребце Делире, чтобы повидаться с моим отцом, привозя рукописи и корректуры. Мои школьные и студенческие годы я усердно работал для издательства «Посредник» (после революции оно стало кооперативным, а председателем его правления была мама) — переводил детские книжки с английского, занимался брошюровкой книг, развозил их по магазинам. У нас на квартире в 20-е годы набирались и печатались ежемесячные «Письма Московского Вегетарианского общества» — последнее периодическое издание толстовцев, и я печатал статьи на машинке, размножал листки на отцовском ротаторе, раскладывал по конвертам, надписывал адреса, разносил по почтовым ящикам…
   Всё детство и отрочество я хотел продолжать деятельность родителей. Чтобы продолжать дело «Посредника», необходимо было только желание и трудолюбие, а этих качеств у меня хватало. Но история решила иначе. Закрыто было (в 1929 году) Московское Вегетарианское общество, закрыты были все кооперативные и частные издательства (в том числе и «Посредник»), и моя жизнь потекла по иному руслу. Я целиком отдал себя точным наукам.
   Но я всегда считал и считаю, что жизнь и работа друзей и единомышленников Л.Н.Толстого представляют собой значительнейшую сторону в духовной истории России (и не только России) с 80-х годов XIX века до 30-х годов века XX (когда толстовство как организованное движение было уничтожено), что необходимо приложить все усилия, чтобы воскресить ее из мрака замалчивания. История толстовского движения заслуживает многотомного исследования.
   И в былые годы, еще при жизни матери, мне хотелось вместе с нею написать такую историю, использовав печатные и архивные материалы, сохранившуюся переписку и фотографии. Для этой огромной работы у меня уже не осталось ни времени, ни сил. Но я уверен, что такая книга будет написана. Для рассказа о толстовских издательствах и журналах, об Обществах Истинной Свободы в память Л. Н. Толстого, основанных в 1917 году почти во всех уголках России, о вегетарианском движении, об антивоенной деятельности толстовцев в годы мировой войны, об их международных связях, о борьбе Объединенного совета религиозных общин и групп (создан В.Г.Чертковым в 1918 году) за свободу совести, о толстовской академии (курсах свободно-религиозных знаний), работавшей в Москве в голодную зиму 1918-19 годов, о Яснополянском музее и школе, возглавлявшихся до 1929 года любимой дочерью Толстого Александрой Львовной, будущий исследователь найдет богатый материал в библиотеках и архивах (там он найдет и мои воспоминания). Но есть ещё одна интереснейшая и могучая ветвь толстовского движения в первые десятилетия советской власти — это жизнь толстовцев-земледельцев. Вдохновленные мыслями Льва Николаевича о великом нравственном смысле хлебного труда, тысячи последователей Толстого — интеллигенты и крестьяне, рабочие и бывшие солдаты — начали осуществлять на деле заветную мечту Толстого о мирной, братской жизни на земле, о свободном, ненасильственном земледельческом труде как идеале человеческого общежития. Большинство толстовцев-земледельцев объединились в сельскохозяйственные артели и коммуны, некоторые обрабатывали землю в одиночку. Но все они считали, что их жизнь и труд содействуют приближению провозглашенных русской революцией целей — построению на всей земле братского безгосударственного общества, свободного от насилия и эксплуатации. Их ждали суровые испытания. На них, принципиальных противников насилия, двадцатый век обрушил это насилие в небывало жестоких формах — две мировые войны, гражданская война, сталинский террор. Многие сотни последователей толстовского учения погибли. Но те, кто выжил, оставаясь верными своим убеждениям, кто сумел пронести живую истину Толстого, свет добра и любви сквозь ад тюрем и лагерей, заслужили право на любовь и уважение современников и потомков. Книга, которую вы держите в руках, — это их воспоминания о своей жизни. Я хорошо знал многих её авторов, помню те коммуны, о которых они рассказывают.
   Я счастлив, что об их жизни, полной деятельного добра и любви ко всему живому, узнает наконец наш читатель.
М.И.Горбунов-Посадов.

 

1000