Vladimir Kokovtsov. From my past. Memories of 1903-1919. Vol.2. Moscow. 1992.В.Н.Коковцев. Из моего прошлого. Воспоминания 1903-1919 гг.
Книга 2
Автор: Владимир Николаевич Коковцов (6 [18] апреля 1853, имение Горна-Покровское, Боровичский уезд, Новгородская губерния — 29 января 1943 года, Париж) — граф, русский государственный деятель, министр финансов, председатель Совета министров.
.Москва: Издательство «Наука». 1992.
Заведующая редакцией В.С.Баковецкая.
Редактор издательства Р.С.Головина.
Художественные редакторы В.Н.Невзорова, Н.Н.Михайлова.
Художник И.Д.Богачев.
Технический редактор Г.И.Астахова.
Корректор Л.А.Агеева.
Подписано к печати 19.05.92. Формат 60х88 1/16. Бумага типографская № 2. Гарнитура Пресс-Роман. Печать офсетная.
Тираж 15.000 экз.
Ордена Трудового Красного Знамени ВО «Наука». 117864 ГСП-7, Москва В-485, Профсоюзная ул., д.90.
2-я типография ВО «Наука». 121099, Москва Г-99, Шубинский пер., 6.

АННОТАЦИЯ
Впервые у нас в стране издается двухтомник воспоминаний видного государственного деятеля начала века В.Н.Коковцова. Автор принадлежал к старинному дворянскому роду, окончил Александровский лицей, служил в Министерстве юстиции. Был товарищем министра С. Ю. Витте. С 1904 по 1914 г. — министр финансов. После убийства П. А. Столыпина с сентября 1911 по январь 1914 г. — председатель Совета министров, сотрудник столыпинского курса. Во время первой мировой войны — крупный банковский деятель. С ноября 1918 г. жил во Франции. В 1933 г. в Париже вышел двухтомник его воспоминаний. Воспоминания представляют огромный интерес для всех, кто интересуется историей и развитием экономики России.

ГЛАВА I
Приезд в Ялту и Ливадию. — Новые назначения в Государственный Совет. — Беседа с Императрицей Александрой Федоровной. — Возвращение в Петербург. — Вопрос о денежной поддержке политических партий. — Финляндский вопрос. Законопроект об участии Финляндской казны в военных расходах и о равенстве в Финляндии финских и русских граждан. — Моя успешная защита этих законопроектов в Думе. — Запрос о борьбе с недородом. — Вопрос о выкупе в казну Варшавско-Венской железной дороги.

1-го октября вечером я выехал в мою первую поездку в Крым по званию Председателя Совета Министров. Мой медовый месяц начинался очень благоприятно, и первые дни пребывания в Крыму окрашивали все самым благодушным настроением. Мой приезд в Ялту и Ливадию был сплошным триумфом. Неуспевшие еще наступить однообразием Ялтинской жизни придворные наперерыв оказывали мне всякое внимание.
Государь встретил меня 4-го октября необыкновенно милостиво, сказал с первых же слов, что чрезвычайно рад моему приезду, показал мне весь свой новый дворец, в котором Он впервые поселился в этом году, и продержал на докладе более 2-х часов, одобрил и утвердил решительно все мои предположения, не исключая целой cepии новых членов Государственного Совета, о которых мне удалось достигнуть соглашения с Акимовым, что было не так легко потому, что в списке было нисколько кандидатов Столыпина, которых мне хотелось провести по уважению к его памяти (напр. С. И. Гербель) и выраженному им предсмертному желанию. Были и мои кандидаты — Поливанов и Тимашев, и все это были лица мало приемлемые для Акимова, который всегда хотел проводить в Государственный Совет под флагом крайних правых убеждений, с чем трудно было примириться, да и по существу нелегко было проводить подходящих людей в Верхнюю Палату потому несмотря на существование негласного Высочайшего повеления о том, чтобы описки кандидатов в Члены Государственного Совета составлялись и представлялись Государю по соглашению Председателя Совета Министров с Председателем Государственного Совета, на практике это никогда не исполнялось, и Столыпину, как и мне, удавалось проводить наших кандидатов только пока мы были в силе или пока нас ласкали. Большею же частью назначения шли под разными негласными влияниями, в роде Совета Объединенного Дворянства, который провалил в последние 3—5 лет в Государственный Совет целый ряд назначений из своей среды: Графа Бобринского, Струкова, Арсеньева, Куракина, Охотникова и немало других, — не говоря уже о последующих назначениях, в особенности в предсмертную минуту жизни Г. Совета 1-го января 1917 года. Мне особенно хотелось достигнуть назначения Поливанова Членом Государственного Совета за еще действительно прекрасную работу последних трех лет, но большим к тому препятствием служило то, что его Министр, Ген. Сухомлинов, не был еще Членом Г.Совета. Я доложил Государю об этом с полною откровенностью и сказал, что прошу Его назначить одновременно и Сухомлинова, хотя и поступаю против совести, но желаю только устранить всякие поводы к трениям между Министром и его Товарищем, которые неизбежно разрешались бы в ущерб последнему, а это будет огромною потерею для обороны.
С своею обычною очаровательною улыбкою и простотою Государь сказал мне: «Я знаю Ваш дурное отношение к Сухомлинову, но уверен, что теперь, когда Вы стали Председателем Совета, он изменит свой способ держаться. Я укажу ему это и непременно скажу, что Вы просили меня назначить его Членом Государственного Совета, и в этом Вашем поступке он должен видеть все Ваше благородство и всякое отсутствие у Вас чувства мести. Мне это в высшей степени отрадно». Ожидания Государя не сбылись, и очень скоро Ему пришлось.самому убедиться в этом и даже суждено было и дальше постоянно встречаться с наветами Ген. Сухомлинова. На другой день, 5-го октября, в день именин Наследника за завтраком и после завтрака, на мою долю выпали новые знаки внимания, заставивши долго говорить о себе всю Ливадийскую и Ялтинскую публику…

2000